О Родине нашей

Слово архимандрита Иоанна Крестьянкина

Россия опять оказалась на передовой. Живем пока с Божией помощью и надеемся, что обрящется у нас на Родине десять праведников, ради которых помилует Господь Россию. Да еще надеемся на предстательство Матери Божией, державной нашей Владычицы, и святых наших сродников, положивших жизнь свою за Крест Христов.

Из книги «Неведомому чаду. Деятельные и созерцательные слова (обретенные в переписке).» Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 2009.

***

Из поэтического наследия
Наталии Даниловны Ануфриевой
 
Глух как пустыня двор оснеженный… Наш приговор суров, - Завтра наутро тела казненных Бросят в глубокий ров. Солнце, о солнце! Ты встанешь вскоре В снежной родной тиши… Будут служить панихиду в соборе За упокой души. Снова зажжется багряный вечер Божьей незримой рукой, Будут гореть восковые свечи Тихо за наш упокой. Скоро ль конец по воле Господней Выстрелам, ночи, шагам? Боже, спаси, помоги нам сегодня! Завтра - мы будем Там.

 

Август 1949, Актюбинск.

Священномученик Леонтий (Гримальский)

День памяти — 13 (26) февраля

Священномученик Леонтий (Гримальский)
Священномученик Леонтий (Гримальский)

Священномученик Леонтий родился 10 июля 1869 года в селе Лодыженка Уманского уезда Киевской губернии в семье псаломщика Степана Гримальского. В 1892 году Леонтий Степанович окончил Киевскую Духовную академию и поступил учителем в церковноприходскую школу в селе Русаловка Уманского уезда. В 1893 году он женился. 31 июля 1894 года Леонтий Степанович был рукоположен во священника ко храму в селе Песчаново Звенигородского уезда Киевской губернии. В 1914 году он был переведен в храм в селе Роги Уманского уезда Киевской губернии, где служил до 1931 года. В 1922 году отец Леонтий был возведен в сан протоиерея, в 1928 году – награжден палицей. В 1931 году он переехал в село Жигалово Щелковского района Московской области, где его зять, священник Николай Хорьюзов, служил в Никольском храме. Здесь отец Леонтий исполнял должность псаломщика с правом священнослужения.

4 апреля 1932 года отец Леонтий был назначен в храм святых апостолов Петра и Павла в селе Лыткарино Ухтомского района Московской области. В 1935 году протоиерей Леонтий был награжден наперсным крестом с украшениями. В июле 1937 года он был переведен служить в храм в село Ильинский Погост Солнечногорского района, а 31 октября того же года назначен служить в Успенский храм в село Гжель Раменского района, где незадолго перед этим был арестован переведенный сюда священник Николай Хорьюзов.

26 января 1938 года протоиерей Леонтий был арестован и заключен в тюрьму в городе Коломне. 30 января следователь допросил священника.

– Где сейчас находится ваш зять, Хорьюзов? – спросил он.

– Мой зять, Хорьюзов, арестован органами НКВД. За что он арестован, я не знаю.

– Какая у вас была с ним связь?

– Я был с ним в дружеских отношениях, мы часто навещали друг друга и оказывали друг другу материальную помощь. После ареста Хорьюзова его жена живет у меня.

– Следствие располагает сведениями о том, что вы имеете сан протоиерея. Скажите, в каком году вы получили данный сан?

– В сан протоиерея я возведен в 1922 году, и по настоящее время я состою в данном сане. В протоиереи я возведен за долголетнюю службу.

– Какие суждения вы имели с гражданами о выборах в Верховный Совет?

– Разговоров на эту тему я не имел. Ко мне с вопросами на эту тему никто не обращался, и я лично советов своих никому не давал.

– Какие вы вели разговоры о международном положении и, в частности, об опасности войны?

– Разговоров о международном положении и вообще на политические темы я не вел, потому что ко мне никто не обращался с такими разговорами, а я еще и умышленно уклонялся от этих разговоров.

8 февраля следователи допросили некоего свидетеля.

– Что вам известно о контрреволюционной деятельности Леонтия Степановича Гримальского? – спросил следователь.

– Я часто посещал квартиру Гримальских и замечал, что к ним приезжали неизвестные мне люди, из них некоторые были служителями культа; кроме них, приезжали двое из Москвы, один рекомендовался художником, а второй якобы работник НКВД. С какой целью указанные лица посещали Гримальского, я не знаю, так как во время моего посещения они никаких разговоров между собой не вели, а сам священник, как только я приходил, уходил в каморку. Приезжие жили у Гримальского не более суток и уезжали. Из разговоров Гримальского я только один раз слышал недовольство по адресу советской власти – по поводу мясопоставок. Разговор его сводился к тому, что власть незаконно берет мясопоставки, – подлинных сказанных им слов я сейчас не помню. Священник, находясь на службе где-то в другой церкви, летом часто приезжал в село Гжель, где до него служил его зять Хорьюзов и диакон Воскресенский. Оба они сейчас арестованы органами НКВД. Гримальский с ними поддерживал тесную связь. Арестованный диакон Воскресенский, будучи на службе при нашей церкви, открыто компрометировал советскую молодежь, называя ее шпаной. При исполнении религиозных треб говорил речи, не относящиеся к религии.

9 февраля 1938 года следователь допросил отца Леонтия.

– Говорили ли вы о неправильных действиях советской власти по взиманию государственных поставок?

– О государственных поставках я никому ничего не говорил. Взимаемые налоги и государственные поставки с меня я считаю законными.

– Дайте показания о ваших знакомых и связях с ними.

– Я имел тесную связь с Николаем Хорьюзовым, до меня служившим священником в селе Гжель, также имел связь с диаконом церкви села Гжель Воскресенским. Оба они сейчас арестованы и осуждены органами НКВД. Их я часто навещал летом 1937 года, когда я еще жил и служил в селе Ильинский Погост.

– С какой целью вы навещали Хорьюзова и Воскресенского?

– Я приезжал к Хорьюзову как к зятю, Воскресенский виделся со мной как со священнослужителем.

– Следствие располагает данными о том, что в момент посещения вами села Гжель приезжали лица, не имевшие отношения к служителям культа.

– Да, действительно, когда я приезжал из Ильинского Погоста к зятю Хорьюзову, то одновременно со мной приезжали два человека из города Москвы, – одного из них я знаю по имени Борис, таковой где-то работает и одновременно учится. Мне он знаком не был. Второго я совершенно не знаю.

– Скажите, Гримальский, с какой целью приезжал указанный вами Борис?

– Цели приезда этого Бориса я не знаю. Разговоров при мне о цели его приезда не было.

– Что вам известно о контрреволюционной деятельности Хорьюзова и Воскресенского?

– О контрреволюционной деятельности Хорьюзова и Воскресенского я совершенно ничего не знаю. Знаю только то, что они оба осенью 1937 года были арестованы органами НКВД.

– Что можете еще показать по существу предъявленного вам обвинения?

– Виновным себя в предъявленном мне обвинении не признаю и показать ничего не могу.

21 февраля 1938 года тройка НКВД приговорила священника к расстрелу. Протоиерей Леонтий Гримальский был расстрелян 26 февраля 1938 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.

 

 

Источники: 

Игумен Дамаскин (Орловский). Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. Книга 7. Тверь, 2002. С. 45–49.

Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века Московской епархии. Январь–Май. Тверь, 2002. / Составитель жития игумен Дамаскин (Орловский). С. 109–113.

Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века, составленные игуменом Дамаскиным (Орловским). Февраль. Тверь, 2005. С. 216–220.

ГАРФ. Ф. 10035, д. П-78609.